«Коварная тактика»
Убийца объявился вновь 19 июня 1982 года в окрестностях Монтеспертоли, к юго-западу от Флоренции. Паоло Майнарди предавался любовным утехам со своей подружкой Антонеллой Мильорини, остановив авто на проселочной дороге виа Нуова-Виргилио, когда из близлежащих кустов вышел некто и открыл по ним стрельбу. Выстрелы были точными, однако в отличие от девушки, которая погибла на месте, Паоло, несмотря на серьезное ранение, успел завести машину, включил ближний свет и начал движение задним ходом.
Увы, находясь в замешательстве и в состоянии болевого шока, юноша не сумел справиться с управлением и застрял в канаве. Убийца немного выждал, а затем выпустил остаток обоймы, разбив слепящие фары и добив свою жертву. Ключи он вынул из замка зажигания и выбросил в кусты. Учитывая, что дорога была совсем рядом и по ней периодически проезжали машины, убийца решил на этот раз обойтись без надругательств над телами и покинул место преступления, так и не сообразив, что Паоло по-прежнему жив.
«Первые загадки»
Таинственная история Флорентийского монстра началась в августе 1968 года с убийства Барбары Лоччи, 32-летней женщины из городка Ластра-а-Синья, и ее любовника Антонио Ло Бьянко. Несмотря на свой замужний статус и ребенка, в округе Барбару считали падшей женщиной и прозвали «Трутневой маткой».
Вечером 21 августа 1968 года Барбара, ее малолетний сын и Антонио возвращались из кинотеатра, когда мужчина предложил своей пассии заглянуть на близлежащее кладбище, дабы по-быстрому заняться любовью. Учитывая, что ребенок быстро заснул на заднем сиденье, отказа со стороны женщины не последовало. Однако насладиться любовными утехами они не смогли. Не успел Антонио раздеть свою подружку, как в сумерках к ним приблизилась темная фигура, убившая обоих наповал выстрелами из пистолета. Затем убийца вытащил с заднего сиденья мальчика и растворился в темноте.
Рубрика: История
Регион: Флоренция
Тэги: Карнавал Коломбина Повозка Телега Фестиваль Флоренция Футбол
Флоренция – удивительный город. Созданные в эпоху Возрождения непревзойденные памятники архитектуры навсегда увековечили имена своих творцов. Не удивительно, что город этот стал воплощением гения человеческого ума. Неповторимый дух искусства и сила красоты навсегда оставили свой отпечаток в традициях местных жителей. Тем удивительнее сейчас наблюдать, как флорентинцы чтят традиции своих предков. Фестивали, ежегодно проводимые во Флоренции, представляют собой ни с чем не сравнимое зрелище. Кто бы мог подумать, что игра под названием «средневековый футбол» сохранится здесь на протяжении 500 лет. А ежегодный пасхальный фестиваль с «горящей повозкой» будет так же почитаем, как и почти 1000 лет назад.
Во Флоренции в церкви Санта-Мария дель Фьоре на стенах сохранились фрески, написанные великим художником Рафаэлем. На одной из них изображен человек, которого без труда можно найти и на знаменитой фреске «Диспута» (Станца делла Сеньятура, Ватикан). Человек с тонким сумрачным лицом, плотно сжатыми губами и пытливым взглядом, устремленным вдаль, – и есть Данте Алигьери (1265-1321, итальянский поэт), которого нередко называют последним поэтом Средневековья и первым поэтом Возрождения.
Данте также изображен стоящим рядом с Гомером на «Парнасе», знаменитой и в известном смысле программной фреске Рафаэля. Чем он заслужил такое внимание художника? Далее
Во Флоренции голова идет кругом от изобилия архитектурных памятников, музеев, шедевров мировой культуры. Концентрация того, что непременно стоит увидеть, здесь чрезвычайно высока. На память о посещении столь удивительного города хочется оставить что-то особенное, а не только гигабайты фотографий. Что? Как говорил небезызвестный мистер Холмс – это же элементарно! Флоренция славится на весь мир изделиями из кожи. Этот город – передовой центр кожевенного ремесла. Себя любимого, родственников или друзей можно удивить и порадовать кожаным бумажником, ремнем с причудливой застежкой, парой мягких мокасинов или браслетом ручной работы.
Примчавшись на своем рычащем «Феррари» на вечеринку, Кавалли обманным путем затесался в стан гостей, где неожиданно наткнулся на эффектную блондинку. Светловолосая нимфа не замедлила поинтересоваться, чем Кавалли зарабатывает на жизнь. «Помните, что я тогда наносил рисунки на свитера. А вечеринка была посвящена обуви, то есть коже. Ну и ради смеха я сказал, что делаю оттиски на коже». Нюанс был в том, что подобное тогда еще никто не практиковал. Блондинка, по совместительству оказавшаяся женой Валентино, тотчас потащила завравшегося Кавалли к мужу. Валентино был заинтригован и попросил Роберто привезти ему на следующий день образец. Кавалли прикупил кожи, нанес на образец цветочный рисунок и показал его королю обувных дел, который пришел в восторг от увиденного.
Внезапно Кавалли, уже работавший в то время с компанией Hermes, осознал, что, возможно, учитывая неподдельный интерес к его работе со стороны ведущих деятелей моды, пора начать собственный бизнес. Свою новую линию одежды Роберто представил на Salon du Pret-a-Porter в Париже в 1970 году. «Затем я сделал несколько кожаных вечерних платьев, кожаный купальник... Все кричали, что я сошел с ума. Всем нравились мои решения внешне, но никто ничего не покупал. Для них это было слишком новым, слишком необычным».
Если попытаться охарактеризовать Роберто Кавалли одним словом, то, кроме как «вызывающий», ничего на ум не приходит. Именно таким, дерзким и вызывающим, предстает перед публикой модельер, чья жизнь и работа — постоянный вызов, неважно кому или чему. Мировой кризис? В эпоху глобальной экономии он открывает в Дубае ночной клуб и ресторан на площади почти 2,5 тысячи квадратных метров. Во всем мире на одежду выставляют умопомрачительные скидки? Кавалли торжественно презентует, по его же словам, «свой самый амбициозный и инновационный проект» — семиэтажный магазин на Rue Saint-Honore, самой дорогой улице Парижа. Думаете, подобные щедрые и дерзкие жесты случаются с дизайнером лишь в последнее время? Кавалли всегда противопоставлял себя любым явлениям, начиная от своего скромного происхождения и заканчивая многочисленными критиками, которые уже не раз в грубой форме предрекали закат его деятельности.
Во Флоренции решено было остановиться в бывшем замке Мальтийского ордена. Замок на старинной боковой улочке в центре города скромно втиснулся меж двумя жилыми домами. И выглядел, как святоша на базаре, которого обступили две шумные, яркие, потные и очень воинственные торговки: на лбу здания гордо возвышался мальтийский крест, а на балконах соседних домов раздувалось кружевными и сатиновыми шарами нижнее белье темпераментных соседей, судя по отдельным возгласам, всё сплошь оперных певцов.
Внутри замка было прохладно. Беленые стены, мраморный пол с мозаикой, уходящие ввысь полукруглые перекрещенные деревянные балки оправдывали ожидание «чего-то церковного». И скрадывали недостаток пространства. За стойкой ресепшена стояла богиня. Оливковая кожа, злые глаза, тугие кудри (сумели мавры в поколениях остаться! Находим подтверждение везде...). Богиня пилочкой ровняла коралловые ногти. Мои дорожные 1 м 54 см (без каблуков) не вызвали в ней никакого душевного подъема: капля ядовитого презрения ровным слоем легла на ноготь среднего пальца, но в слова не вылилась. Муж был принят более благосклонно. Нам выдали волшебный ключ с деревянной грушей на брелоке, и мы отправились по узкой лестнице наверх.
Все мы любим читать книги, смотреть кинофильмы или слушать рассказы о знаменитых людях. Изучение истории самых разных обществ показывает, что биографии знаменитых людей были популярны еще со времен далекой античности. Великие люди потому и стали великими, что оставили после себя заметный след в истории своих народов. Они лучше других понимали стоящие перед их временем задачи и трудности, они предлагали решения по исправлению недостатков. Более того, им пришлось проявить огромные мужество, самоотверженность, волю, знания, чтобы претворить эти планы в жизнь, чтобы повести свой народ к новым рубежам его истории. Однако даже величайшим людям, к сожалению, свойственны такие человеческие пороки, как зависть, ложь, самолюбие, надменность и так далее.
Осенью 1503 года Леонардо да Винчи получил большой живописный заказ на роспись одной из стен в так называемом зале Советов в Старом дворце Флоренции. Что касается противоположной стены, шли упорные слухи, что ее расписывать будет поручено давнему конкуренту да Винчи молодому Микеланджело Буонарроти.
Апрель 2009 года. Годом ранее я совершил поездку, которую иначе как галопом по Европам не назовешь: шесть стран за семнадцать дней. Этому блицу по-хорошему позавидовал отец. Так, что вызвался практически полностью профинансировать анкор-забег - на этот раз по четырем странам, но за те же две с половиной недели. Конец поездки пришелся на Италию: отцу очень хотелось побывать в галерее Уффици, а мне - на гоночной трассе в Имоле и в гастрономически прославленной Парме. Из итальянской части Швейцарии (Лугано) мы направились на поезде во Флоренцию (через Милан), а оттуда - на автомобиле обратно на север.
Проведя почти две недели в Англии, Франции и Швейцарии, наконец-то въезжаем в Италию. Пейзаж постепенно становится менее опрятным (еще бы, после вылизанной Швейцарии!), а на въезде в Милан и подавно. Север города (как в Париже) оставляет удручающее впечатление. Обшарпанные дома, пустыри, бедность. На вокзале шумно, людно, грязно. Ну и по традиции - вечная стройка, которая, кажется, преследует нас по всему пути. Дожидаемся следующего поезда. Еще три часа - привет, Флоренция. На улице - тридцатиградусная жара, пожалуй, даже теплее, чем в Калифорнии.
